Из книжного собрания
Александра Лугачева

Главная Каталог книг Древние книги История древних книг Старинные книги Антикварные книги Купим Доставка Архив сделок     
Путь:
Корзина 0 товаров
На сумму 0 руб.
Поиск в каталоге:
ищем:
в разделе:
автор:
стоимость: от до руб.
год: от до г.
язык:
   

Интересно проследить по другим произведениям печати, как и после смерти Ивана Федорова продолжали жить некоторые составные части его типографии. Надо припомнить, что во время пребывания Ивана Федорова в Остроге его прежняя, львовская типография была им заложена в 1579 году Якубовичу. По мнению Пташицкого она была в действии и находилась под наблюдением Ивана Переплетчика, сына Федорова. Из этой типографии Иван Федоров увез с собой многое: старую московскую рамку, некоторые концовки и московский шрифт или его матрицы, но большая часть досок заставок осталась во Львове: в острожских изданиях встречаются лишь немногие. Эта типография была выкуплена львовским братством и в 1590-х годах братству удалось устроить типографию.

ПЕРЕЙТИ В ПОЛНЫЙ КАТАЛОГ СТАРИННЫХ И АНТИКВАРНЫХ КНИГ

Первая книга, напечатанная в новой братской типографии, была "Грамматика еллино-славянского языка" 1591 года. В ней два кирилловского шрифта и два вида греческого. Детальное сравнение форм отдельных литер этой Грамматики и литер острожской Библии дает полное тождество шрифтов. В более крупном шрифте особенно ясно совпадение двух видов "д" с неравными ножками, двух видов "m" – с мачтой и в три палочки, "к" – составленного из двух частей.

Несмотря на трудность сравнения, кажется, что сомнений в точности совпадения всех шрифтов быть не может. В кирилловском шрифте обращают на себя внимание некоторые строчные инициалы, не подходящие к общему характеру шрифта, чуть-чуть наклонного, похожего на курсив, например, "К", "Д", "С" – совершенно перпендикулярные к строке. Однако присутствие их объясняется очень легко не внесением литер новой формы, а употреблением в славянском тексте греческих инициалов, взятых из греческого шрифта. Эта путаница ясно показывает, что братская типография оперировала в этом случае чужими, пришедшими извне шрифтами, которые ей были плохо известны и которые она приспособляла для своего употребления.

Противоречием предположению о переводе всех острожских шрифтов во Львов как будто является существование одного вышеупомянутого сомнительного издания, очень близкого по шрифту к острожской Библии. Это брошюра "О крестном знамении" без места и года печати, на трех листах, изданная "накладом" епископа острожского и луцкого. Ундольский и Каратаев относят его ко времени около 1584 года, а Каратаев предполагает, что оно вышло в Остроге, может быть, по сходству шрифтов или, может быть, потому что его издателем был острожский епископ. Однако тщательное сравнение отдельных литер скорее приводит к заключению, что шрифты этого издания и Библии не вполне тождественны: разница видна в начертаниях "к", "з", "у", малого юса, строчного инициала "Б", некоторых надстрочных знаков, например, надстрочное "Д" похоже на немецкое готическое. Создается впечатление, что если это и острожский шрифт, то неполный, с какими-то добавлениями. Манера печатания обличает неопытных печатников, строки не выровнены и плохо оттиснуты.

Что касается орнамента, то Грамматика 1591 года изобилует мелкими наборными украшениями, так часто попадающимися в острожской Библии: это головки ангелов, ягоды и другие. На обороте титульного листа и на противоположной странице находятся две шишки, впервые употребленные в заблудовской Псалтири и из которых одна была употреблена в острожской Библии.

Те же шрифты и украшения и то же смешение шрифтов встречаютс в другом издании братской типографии 1591 года, Просфонима, то есть привет от школы львовского братства посетившему ее митрополиту. Они дожили до XVII века, ими напечатаны титульные листы и стихи около гербов в издании 1614 года "О священстве" Иоанна Златоуста; предисловие напечатано шрифтом, близким к острожскому, но с добавлением таких литер, которых не было в прежнем шрифте, так что этот шрифт нельзя отождествлять с прежним: этот подновленный шрифт встречается также и в Октоихе 1630 года, и в более поздних изданиях.

Сомнений быть не может, что братская типография получила значительную часть своего состава из острожской типографии. Каким образом совершилась эта передача, из документов не видно. По данным, приводимым Пташицким и Огиенко, шрифты из Острога должны были находиться в типографии, опечатанной по распоряжению князя Острожского еще при жизни Ивана Федорова, а потом вместе с прочим имуществом, уже после его смерти, должны были перейти к Сачку и Корунке. А между тем они оказались в составе типографии, заложенной Якубовичу. Если принять во внимание, что этой типографией заведовал сын Ивана Федорова, и что она не прекращала работать, как говорит Пташицкий, то возникает мысль, не поспешил ли Иван Федоров передать эти шрифты своему сыну, так как он знал, вероятно, об опасности, которая грозила ему со стороны князя Острожского.

Но это, конечно, только предположение. Может быть, они были переданы как-нибудь иначе, но несомненный факт, что ими работали в львовской братской типографии в течение 25 лет. В 1616 и 1628 годах произошли пожары, от которых сгорела не только братская типография, но и та улица, где она стояла. Впрочем, как говорит Зубрицкий, из прежней типографии отстояли станок и шрифт. В 1630 году типография была восстановлена и с этих пор стала работать без перерыва. Начиная с первой выпущенной из нее книги, во всех изданиях появляются заставки типа федоровских из львовского или московского Апостола. При ближайшем рассмотрении становится очевидным, что здесь находятся не копии досок Ивана Федорова, а отпечатки с самих его досок. Для некоторых заставок это может быть доказано одинаковыми дефектами, которые в позднейших изданиях увеличиваются и дают более длинные трещины.

Такова, например, заставка Апостола 1564 года: на ней трещина поперек линий верхнего украшения с левой его стороны, на всех позднейших отпечатках видно, как постепенно увеличивается эта трещина. Или же, если оттиски в Апостоле 1564 и 1574 годов безукоризненны, так как доски еще не имели трещин, то могут быть иногда указаны какие-либо ненужные по сути рисунка черточки, вроде заусенцев, которые не были бы повторены при копировании, а между тем они повторяются и в изданиях XVII века. Очевидно, во время пожаров спасли не только шрифт и станок, но и доски. Или, может быть, ввиду особой пожарной опасности для досок, их хранили вне типографии, например, в подвале.

Факт появления досок в книге через 55 лет после того, как они были оттиснуты Иваном Федоровым в Апостоле 1574 года, кажется очень невероятным. Действительно, в голову не могло прийти, что ими работали и что некоторые из них оказались годными к употреблению до 70-х годов XVIII века. Доски эти искали, высказывали предположение, не хранятся ли они теперь или, по крайней мере, не хранились ли раньше в каком-нибудь музее, например, в Кракове; не нашел ли их библиотекарь Юзеф Мучковский в середине 1840-х годов, когда ему попались какие-то старые гравированные доски в Краковском университете. Альбом оттисков с этих досок был издан Мучковким в Кракове в 1849 году.

Экземпляр этого альбома хранится в Отделе редких книг Библиотеке имени Ленина В.И. Альбом содержит 2816 гравюр на дереве, взятых из западноевропейских книг некирилловского шрифта, эти гравюры по большей части иллюстративного характера. Среди украшений, взятых из книжного орнамента, есть одна плетеная концовка (№2268), которая могла бы быть отпечатана с доски Ивана Федорова (см. львовский Апостол 1574 года, лист 83а). Тождество рисунка и размера, насколько можно судить по отпечатку с ветхой доски, полное. В львовских изданиях последний отпечаток с доски обнаружен в издании 1699 года (Триодь постная). Вследствие сильного загрязнения доски на отпечатке нельзя увидать никаких индивидуальных особенностей доски, то есть трещин, даже если они и были на доске, а на отпечатке Мучковского трещин несколько. Возможно, что доска Ивана Федорова после 1699 года попала в какую-нибудь типографию, печатавшую некирилловским шрифтом, и с прочими досками этой типографии была впоследствии перевезена в здание Краковского университета. После промывки, произведенной Мучковским, на доске обнаружились трещины, не видные на отпечатке 1699 года. В настоящее время тождество досок доказано быть не может.

Всех досок, оставшихся от изданий Ивана Федорова и употреблявшихся после его смерти в львовской и острожской типографиях – 62. Из них 17 были сделаны еще в Москве, 14 – в Заблудове, 29 – во Львове и 2 – в Остроге.

Кроме подлинных досок Ивана в изданиях братской типографии употребляются доски, скопированные с них, тех же рисунков, но заново гравированные. Лучшие из этих копий (в Октоихе 1630 года и в Триоди цветной 1663 года) были сделаны еще в Крилосской типографии 1606 года и оттуда перешли в львовскую типографию.

Особенно интересно и наглядно доказывается не сходство, а тождество досок при сравнении отпечатков типографской марки, которая, по примеру Апостола 1574 года помещалась в разных львовских изданиях XVIII века на последней странице. После 1574 года она появилась впервые в 1638 году в Анфологионе, но в измененном виде: ясно видно, что знак Ивана Федорова врезан из доски, так что на фоне видна белая трещина, и на его место вставлено другое изображение (вокруг знака Ивана Федорова было его имя, изображенное четырьмя буквами). В таком виде марка является и после 1638 года – в 1651, 1688, 1694 и 1701 годах. Доска с изображением апостола Луки с инициалами гравера WS в львовских изданиях больше не встречается, она или просто пропала или показалось чужой по стилю.

Всех изданий, в которых найдены отпечатки с досок Ивана Федорова – 48, они выходили в течение 184 лет (начиная с 1588-го и кончая 1772 годом). В перечисленных 48 изданиях с заставками Федорова далеко не редкость встретить до 20 его досок, употреблявшихся для печатания одной книги. Кроме заставок и больших инициалов, в львовских изданиях встречаются инициалы типа острожской Библии, например, в Анфологионах 1632 г. и 1638 г. Друкарь Иоанн Кунотович, стоявший во главе братской типографии в 1638 году и несколько позже, перенял даже знак Ивана Федорова и поставил его в конце Октоиха 1639 года, вырезав его, конечно, со своими инициалами.

Кроме указанных украшений, обращает на себя внимание одна крайне редкая доска, отпечатанная в львовском Октоихе 1630 года на обороте 1-го листа главного счета над обычной концовкой в одном экземпляре из семи, имеющихся в Библиотеке имени Ленина. Это заставка из первого издания московского Часовника 1595 года. В других экземплярах Октоиха заставки из Часовник нет, в конце главы поставлена только концовка, пространство над нею ничем не заполнено, а она сама помещена несколько выше. Не может быть сомнения, что отпечаток сделан с доски Ивана Федорова: совпадает не только орисунок, но в обоих изданиях – и в брюссельском экземпляре Часовника 1565 года и в львовском Октоихе 1630 года – виден совершенно одинаковый разрыв нижней линии.

Вообще доскам Часовника посчастливилось: из семи известных досок шесть появились в позднейших изданиях самого Ивана Федорова или его продолжателей: две плетеных заставки часто появляются во всех позднейших изданиях Ивана Федорова и после его смерти оказываются во Львове. Третья плетеная заставка встречается несколько раз после смерти Ивана Федорова в разных острожских изданиях, например, в Маргарите 1596 года на листе 103 об.

Заставка с листа 65 появляется в Остроге в 1588 году в "Сборнике" (на 1-м листе главного счета) только один раз. Заставка с листа 100 обнаружена в львовском издании 1706 года (Апостолы и Евангелия недели) в довольно сильно поношенном виде. Может быть, она и раньше украшала собой такие же издания малого формата, вроде Часовников, но их нет в Библиотеке имени Ленина и, может быть, вовсе не сохранилось до нынешнего времени. В этом же издании 1706 года на 1-м листе помещена также впервые обнаруженная заставка из острожской Библии (с 71-го листа 3-го счета 1-го столбца).

Обнаружение 60% (21 из 35) московских досок в разных польско-украинских изданиях заставляет снова вернуться к вопросу, поставленному в начале настоящей статьи, о связи анонимной типографии с типографией Ивана Федорова. Выше уже доказывалось, что типографии эти были разные и по типографским приемам, и по шрифту, и по орнаменту. Тот факт, что Иваном Федоровым были увезены из Москвы доски Апостола и Часовника, а также их шрифт или матрицы, а из анонимных изданий в польско-украинских изданиях не встречается ни одной доски и ни одного шрифта, очень убедительно подтверждает обособленность анонимной типографии от типографии Ивана Федорова. Что он считал своим, то он и увез, из чужой типографии он ничего не мог увезти. Шрифты и украшения анонимной типографии исчезли окончательно и ни в каких изданиях больше не встречаются. Это служит косвенным намеком на то, что анонимная типография была уничтожена дотла каким-то образом. Может быть, именно к ней относится известие о пожаре. В типографии Ивана Федорова или вовсе не было пожара, или она сгорела лишь отчасти.

Возвращаясь к вопросу об орнаменте львовских изданий XVII века, надо добавить, что в этих изданиях появились также доски, сделанные в Заблудове для Псалтири с часословцем 1570 года. Выше говорилось о гербе Ходкевича, повторенном в Апостоле 1574 года. В книге Иоанна Златоуста "О священстве" помещены все заставки из Псалтири, а также некоторые инициалы. Заблудовские доски употреблялись, правда, в небольшом количестве и не очень часто, до середины XVIII века. Почему так упорно употребляли в братской типографии доски Ивана Федорова, довольно трудно решить.

В изданиях братской типографии XVII столетия постоянно появлялись новые заставки иного стиля, чем федоровские, более близкие6 к западным, с головками ангелов и изображениями святых посередине, иногда с примесью животного орнамента, но они не отличались такой долговечностью, как федоровские; может быть, они были сделаны на менее прочном материале. Доски Ивана Федорова служили без износу. Прочность их была такова, что некоторые из них сохранили отчетливость рисунка до самого конца, у многих не отломились даже выступы. Отпечатки, конечно, стали грязнее, линии грубее и толще. Вероятно, также бедность львовской типографии заставляла ее держаться за эти старые доски.





Реставрация старых книг Оценка старинных книг Энциклопедия букиниста Русские писатели Библиотека Ивана Грозного История русских книг